Наши услуги

г. Москва, ул. Каланчевская,
д. 11, стр.3, 3-й этаж, офис 35.

+7 (495) 690 90 84
+7 (495) 749 79 40

office@transeurope.ru
transeurope@mail.ru

Пламя споров

10.10.13 г.

Детская повесть под названием «Капитан Подштанник», на первый взгляд, никак не может претендовать на звание самой опасной книги Америки.

Два ученика четвертого класса американской средней школы, загипнотизировав директора г-на Бенджамина Круппа, внушили ему, что он – супергерой и должен ходить без брюк, в одних подштанниках. Вместе они борются со злом, воплощением которого, чаще всего, является их заклятый враг – доктор Подгузник. Но в ХХІ веке цензура по-прежнему играет важную роль, и книга все равно может нарушить чьи-то права…

«Капитан Подштанник» — это хорошая, хотя порой и дерзкая, веселая книга, которую мальчики и девочки могут с удовольствием читать на улице каждый день. Однако, согласно отчету, подготовленному управлением по вопросам интеллектуальной свободы Американской библиотечной ассоциации, в 2012 г. на это произведение Дейва Пилки поступило больше жалоб, чем на любую другую книгу в США. А в качестве аргументов приводились «использование оскорбительных выражений» и «непригодность для указанной возрастной группы».

По количеству жалоб «Капитан Подштанник» является безусловным лидером. Достойную конкуренцию ему могут составить «Бегущий за ветром» Халеда Хоссейни («гомосексуальные сцены, оскорбительные выражения, суждения с позиций религии, откровенные сцены сексуального характера»), «Возлюбленная», написанная лауреатом Нобелевской премии Тони Моррисоном («откровенные сцены сексуального характера, суждения с позиций религии, жестокие сцены»), и, само собой, «Пятьдесят оттенков серого» – при том, что миллионы экземпляров этого эротического романа были проданы по всему миру именно благодаря «нарушениям» Э.Л. Джеймса, т.е. «использованию оскорбительных выражений и откровенных сцен».

В эту же категорию вошли и такие шедевры, как «О мышах и людях» (в другом переводе «Люди и мыши»), «Над пропастью во ржи», «Цветы лиловых полей» («антисемейный контекст, оккультизм и сатанизм, религиозные суждения, жестокие сцены») и «Гарри Поттер». Все они уже привычно входят в первую десятку книг с наибольшим количеством жалоб по данным Американской библиотечной ассоциации. Взглянув на этот список, мы вновь убеждаемся в том, что цензура действительно играет важную роль в ХХІ веке, а нарушить чьи-то права может даже книга.

Именно об этом говорят участники кампании «Неделя запрещенных книг», которая начинается сегодня и завершится в субботу. Это движение было основано в 1982 г. В течение недели проводится ряд мероприятий, участники которых выступают за свободу чтения, но при этом внимательно следят за действиями противников инициативы во всех странах мира.

Литературная цензура – это давняя постыдная практика и вечный спутник авторов. Она возникла намного раньше официальной государственной цензуры, введенной в 443 г. до н.э., когда римляне учредили должность цензора, отчасти – для соблюдения общественной морали. А китайцы обходились без цензоров еще целое столетие.

Почти во всех странах в той или иной форме присутствовала литературная цензура. Считалось, что таким образом можно защитить нравственность людей. В качестве примеров можно привести разбирательство вокруг книги «Любовник леди Чаттерлей» в Великобритании в 1960 г. или дело о романе Джона Клеланда «Фанни Хилл», которое было возбуждено в штате Массачусетс в 1966 г. – т.е. более чем через два века после выхода книги.

Особенно часто цензуре подвергаются именно книги. Самая обычная книга может быть существенным источником воображаемой угрозы для властей: книги стоят недорого, их можно брать с собой, давать друзьям и легко прятать. При этом в книге может содержаться огромное количество информации, новостей и житейской мудрости – т.е. того, что все авторитарные правители пытались уничтожить в кратчайшие сроки.

В то же время, книги вполне материальны, а значит, их не трудно уничтожить с помощью огня и воды. Некоторые трагичные события в истории культуры и науки фактически являлись проявлениями цензуры. Историки полагают, что, как минимум, несколько пожаров, опустошивших великую Александрийскую библиотеку, возникли в результате умышленного поджога. Однако стоит отметить, что когда халиф Багдада отдал приказ о сожжении книг, он делал это не с целью уничтожения культурных ценностей, а просто потому, что в городских банях не хватало топлива.

До изобретения Гуттенбергом печатного станка, который позволил выпускать книги массовыми тиражами, можно было навсегда уничтожить не просто книгу, а всю работу автора. Навсегда утраченная вторая часть знаменитого трактата Аристотеля «Поэтика» вдохновила Умберто Эко на написание книги «Имя розы». По замыслу Эко, один монах-фундаменталист, узнав, что в произведении Аристотеля рассматривается жанр комедии, почувствовал себя настолько оскорбленным, что уничтожил единственный уцелевший экземпляр книги.

В Китае много фундаментальных трудов было утеряно в 213- 210 гг. до н.э. в ходе кампании, известной как «Сожжение книг и погребение книжников». Чтобы сформировать общенациональное мировоззрение, Ли Си – советник первого императора Цинь Шихуан-ди – приказал уничтожить многие потенциально важные или даже опасные тексты, в т.ч. «Сто школ китайской мысли», в которой ставились под сомнение любые попытки сформулировать единый взгляд на управление Китаем, и сборник произведений Конфуция «Классика музыки», который так и не удалось восстановить.

Не так давно пожары, устроенные в Национальной библиотеке Ирака после свержения режима Саддама Хусейна, уничтожили множество уникальных артефактов, в т.ч. приблизительно 25% из 417 000 книг библиотеки и 4 412 редких книг и рукописей. Практически полностью повторилось разрушение Дома мудрости – древней библиотеки и центра переводов, который был уничтожен во время осады Багдада монголами под предводительством Хулагу в 1258 г.

Однако наиболее известным примером массового сожжения книг по-прежнему являются костры нацистов, устроенные в апреле 1933 г. для того, чтобы очистить только что созданный Адольфом Гитлером Третий рейх от «негерманских» книг. Ужасы того времени не могут быть приуменьшены, именно эти события стали прологом к Холокосту. Такое «очищение огнем» продолжалось все лето. В основном, были уничтожены труды авторов еврейского происхождения, приверженцев анархистских и коммунистических взглядов, а также противников социал-демократической партии. Больше всего книг было уничтожено в Берлине, где 40 000 человек стали слушателями речи Йозефа Геббельса: «Долой декадентство и моральное разложение! Упорядоченному государству — порядочную семью! Я предаю огню сочинения Генриха Манна, Эрнста Глезера и Эриха Кестнера».

Нацисты также уничтожили произведения Бертольда Брехта, Альберта Эйнштейна, Зигмунда Фрейда, Франца Кафки и Карла Маркса, труды таких зарубежных авторов, как Виктор Гюго, Эрнест Хемингуэй, Дэвид Герберт Лоуренс и Федор Достоевский.

Такая нетерпимость тоталитаризма к инакомыслию вдохновила Рэя Брэдбери на написание книги «451 градус по Фаренгейту», ставшей классикой научной фантастики. Ее название – это температура, при которой горит бумага.

Однако не все акты литературной цензуры были такими громкими. Многие авторы сами же становились цензорами своих работ и требовали сжигать свои труды, дневники и письма, в большинстве случаев – после смерти. Например, Филипп Ларкин потребовал, чтобы его дневники были разорваны, а издатель лорда Байрона, Джон Мюррей, сжег мемуары поэта через месяц после его смерти, поскольку был убежден, что обнародование их содержания приведет к скандалу. Но пожелания писателей не всегда выполнялись. Так, Франц Кафка попросил своего друга Макса Брода предать огню все его рукописи. Брод отказался – чем спас почти все манускрипты. Та же судьба постигла и поэму Вергилия «Энеида».

Чтобы отдельные фундаментальные работы никогда не появились на полках магазинов, порой требуются юридические меры. И почти всегда причиной становится наличие сцен сексуального характера. В Италии, например, запрещена книга Хьюберта Селби «Последний поворот на Бруклин», во Франции и Великобритании – «Лолита» Владимира Набокова, в Канаде и США – «Тропик Рака» Генри Миллера. В Америке запретили роман Джеймса Джойса «Улисс» после того, как в 1921 году одна из глав романа была опубликована в журнале «The Little Review» и признана непристойной. Роман Рэдклифф Холл «Колодец одиночества», повествующий о лесбийских отношениях, находится под запретом на территории Великобритании только лишь потому, что в нем есть следующие слова: «И в ту ночь они были нераздельны».

Однако самым известным случаем является все же разбирательство вокруг книги Лоренса «Любовник леди Чаттерлей» в 1960 г. Несмотря на заявлении обвинителя о том, что такую книгу «нельзя порекомендовать своей жене или прислуге», защитник, которому помогали такие свидетели, как Э.М. Форстер, сумел доказать, что откровенные сцены оправданы стилистически.

Согласно новому закону «О грязных публикациях» от 1959 г., этого было достаточно для отмены ранее установленного запрета.

Сейчас подобные споры по «литературным вопросам» ведутся разве что  в Китае. Работы многих известных авторов – таких как Шэнь Конгвен, Чан Кунчун, Ян Лянкэ и Цзюнь Чань, – время от времени объявляются в стране запрещенными.

Власти заметно обеспокоены как слишком откровенным романом Чжу Вейхоя «Крошка из Шанхая», так и книгой Ма Цзяня «Темная дорога», где красочно описаны последствия введения закона, разрешающего иметь только одного ребенка. Документальная литература – тоже не исключение: несмотря на то, что Фрэнк Дикоттер получил доступ к архивам на территории континентального Китая, книга «Великий голод Мао», за которую автор получил премию, была опубликована только в Гонконге.

До сих пор ведутся ожесточенные споры по поводу того, как долго такая ситуация может сохраняться в континентальном Китае. Поскольку запрещенные книги на законных основаниях продают в Гонконге, а во многих городах континентального Китая распространяются их пиратские копии, подобный повальный запрет вряд ли поможет надолго.

Возможно, его удастся преодолеть благодаря развитию Интернета и относительно либеральной политике президента Си Цзиньпина.

Оптимисты приводят в качестве примера роман «Кровавый миф» Тана Хеченя – красочное повествование об ужасных преступлениях государственных чиновников в уезде Даосянь провинции Хунань в период Культурной революции. Запрет на книгу отменили – правда, только через 25 лет.

И еще. Индекс запрещенных книг существует уже более 400 лет. Так что, возможно, ждать осталось недолго…